Меню

«Осудить, нельзя оправдывать. Невиновность Устинова означала бы бессилие суда и следствия»

Адвокат Вреж Гулян. Иллюстрация: из личного архива

«Приговор Павлу Устинову вскрыл кризис в работе следствия и судов. В России чрезвычайно низкое количество оправдательных приговоров — всего 0,2% от общего числа» — Вреж Гулян.

30 сентября Московский городской суд поставил точку в деле актера Павла Устинова, осудив его на один год условно. Адвокат Вреж Гулян, специализирующийся на арбитражных спорах и защите предпринимателей по экономическим делам, рассуждает о резонансном приговоре.

— Дело Павла Устинова всколыхнуло не только профессиональное актерское сообщество. Оно стало еще одной возможностью увидеть, насколько непросто сейчас обстоят дела с защитой по уголовным делам. 

Двухнедельный флешмоб «Свободу Павлу Устинову» дал положительный эффект. По представлению Генеральной прокуратуры России Павел Устинов был освобожден из-под стражи до рассмотрения его жалобы Московским городским судом. 30 сентября суд приговорил актера к одному году условно. Но отмена обвинительного приговора маловероятна.

Изначально Павел Устинов обвинялся в совершении тяжкого преступления, а именно в применении насилия, опасного для жизни и здоровья сотрудника Росгвардии, который задерживал актера. Росгвардеец получил закрытый вывих левого плечевого сустава. Следствие и суд посчитали эту травму опасной, за что Устинову грозило до десяти лет тюрьмы.

Преступление, инкриминируемое Устинову, совершается только с прямым умыслом. То есть он должен был умышленно причинить травму сотруднику полиции и желать наступления опасности для его  здоровья.

Общественность в действиях Павла Устинова преступления не увидела. Впрочем, как и адвокаты.

Однако 30 сентября суд актера не оправдал. Обвинительный приговор ему оставили в силе, но категория преступления была смягчена на применение насилия, не опасного для жизни или здоровья. Это означает, что Павел Устинов до сих пор считается преступником, но только отбывать наказание будет на свободе.

Хотелось бы обратить внимание на то, что суд не удовлетворил жалобу защитников Устинова, а представление прокурора, просившего смягчить наказание (то есть считать Устинова виновным) была удовлетворена. Таким образом, статистика, по которой суды удовлетворяют заявления прокуратуры в 95% случаев, остается неизменной.

Оправдание Устинова могло создать опасный прецедент. Начало уже было положено освобождением и полным снятием обвинений с журналиста Ивана Голунова. И это вопрос не политический, как думают некоторые.

С одной стороны, оправдание человека под нажимом общественного мнения невозможно и недопустимо по закону. Это напрямую противоречит сущности судебной власти, которая должна быть самостоятельной и независимой. Каждый раз, освобождая человека под давлением общественности, органы уголовного преследования и суды фактически будут подписываться под своей беспомощностью и не компетентностью. Такой сценарий просто недопустим. Другой вопрос в том, что невиновный человек не то чтобы не должен сидеть в тюрьме, он даже осужден быть не может, даже на штраф в 1000 руб.

Приговор Павлу Устинову вскрыл кризис в работе следствия и судов, который можно охарактеризовать примерно так: «Осудить, нельзя оправдывать». В России чрезвычайно низкое количество оправдательных приговоров — всего 0,2% от общего числа.

Каковы доказательства виновности Павла Устинова, кроме показаний сотрудников правоохранительных органов? Чем опасен для здоровья вывих плеча? Почему Тверской районный суд города Москвы не стал смотреть видеозапись задержания Павла, которую все видели? Все эти вопросы остаются открытыми.

Кстати о видео. В том, что суд его не принял, кто-то поспешил обвинить адвоката. Но это не признак плохой работы стороны защиты. Это обыденность уголовного судопроизводства вообще. Очень часто адвокатам, по самым обычным (не резонансным) делам удается приобщить доказательства только в апелляции.

Серьезные проблемы с уголовным преследованием и осуждением граждан признает даже Верховный суд России. Вместе с тем, от этого процент оправдательных приговоров не увеличивается. Во-первых, признание лица невиновным фактически признает неспособность правоохранительных органов расследовать преступления. Другая проблема заключается в том, что судья, принимающий решение, может быть лично знаком с судьей, которому поручено проверить законность этого решения.

Есть и еще одна причина: сами осужденные из-за сильной эмоциональной усталости не желают бороться до конца, предпочитая спокойно отсидеть свой срок. Но именно упорная борьба может привести к оправданию и в дальнейшем изменению судебной практики.

Таким образом, приговор Павлу Устинову не уникален. Единственный момент — это очень маленький срок с момента его задержания до утверждения его приговора Московским городским судом.

Кто-то скажет, что именно общественный резонанс помог Ивану Голунову выйти на свободу. Я соглашусь с этим, но отмечу, что общественный резонанс стал лишь одним из факторов. Если бы в организме и на Иване Голунове обнаружились бы следы наркотических средств, то его в любом случае бы осудили.

Подводя черту, можно приветствовать желание общества контролировать систему уголовного преследования и правосудия в целом. Это является еще одним драйвером для того, чтобы система правосудия совершенствовалась, а решения выносились по принципу законности и обоснованности.

С 1 сентября 2019 г. в России стали работать кассационные суды, которые находятся в других регионах страны, для того чтобы исключить пристрастность при рассмотрении жалоб. Это дает обвиняемым и их адвокатам еще один инструмент в борьбе за права граждан.

Такие изменения являются следствием особого запроса общества к правосудию. Именно активная позиция общества, борьба обвиняемых и их адвокатов позволяет совершенствовать законы и правоприменение.