Евгений Демидов: «Невозможно быть фермером и воспринимать это просто как работу»

Современный фермер — это не пасторальная картинка с зеленым лугом и человеком, лежащем в стогу сена. Это история про то, как совмещаются современные технологии и этика, стремление к коммерческому успеху и гуманности, история про тех людей, которые хотят менять к лучшему целые отрасли, а не только свое хозяйство.

Идея стать фермером возникла у меня не спонтанно. Мы с семьей давно хотели переехать за город: моя супруга ветеринар, занимается лошадьми, а я решил подыскать для себя фермерское направление по душе. Не знаю почему, но я сразу выбрал для себя птицеводство, а именно разведение кур. Это был не расчет, не планирование, а какая-то душевная тяга именно в эту сферу.

Я не тот человек, который бросается в новое дело как в омут с головой. Сначала мне нужно получить знания, необходимые для того, чтобы стать успешным и компетентным в выбранной сфере. Поэтому я прошел стажировку на «Павловской птицефабрике», внимательно изучил опыт иностранных коллег, заочно получаю высшее образование, связанное с агротемой. Но важнейшим шагом, переходом от теории к практике, стал для меня новый проект по сотрудничеству с фермерами от компании «Русское поле».

Побывав на производствах, посмотрев на все процессы изнутри, я с одной стороны понял, что птицеводство — это мое, а с другой стороны осознал, что хочу многое изменить в том подходе, который преобладает в этой отрасли сейчас. Например, вы знаете, сколько на наших птицефабриках спят куры? Час. Час в сутки. Все остальное время они едят. В то время как в Европе им дают полноценные 5-6 часов на сон. И это только одно из множества отличий, которые есть между традиционным советским подходом и более гуманным современным птицеводством.

Как сейчас устроен бизнес по разведению птицы. На территории птицефабрики стоит примерно 80 площадок: на одну заселили цыплят, на второй они подрастают, с третьей выезжают. В таких условиях происходит рециркуляция болезнетворных бактерий, птицы болеют, их приходится лечить, отбраковывать и так далее. Я хочу достичь того, чтобы процессы проходили «посменно»: все птицы заехали, подросли, выехали, а после этого наступает этап обработки помещений, полной очистки. Я уверен, в таких условиях мы в итоге сможем получить продукт совершенного иного уровня качества.

Безусловно, полностью перенести западный опыт в российские реалии невозможно, да и незачем. Мы адаптируем их подход и методы к нашей действительности и запросам. Например, в России невозможно организовать круглогодичный вольный выгул кур из-за климата, но мы можем создать похожие условия внутри помещения. Сейчас на больших производствах птица живет в очень замкнутых условиях, она не способна перемещаться и из-за чрезвычайной скученности к определенному возрасту просто перестает расти — некуда. На ферме скученность гораздо меньше, а при напольном выращивании птицы смогут свободно перемещаться по загону, общаться, вести полноценную жизнь. Скажется ли это на внешнем виде и вкусовых качествах продукта? Конечно! И только в лучшую сторону.

Отличить на прилавке фермерское мясо просто. Не такая бледная, более розовая кожа, отсутствие синяков и ожогов на тушке, более крупный размер. Все это следствия комфортного содержания птицы, внимательного фермерского подхода.

День фермера складывается из множества задач. Проверить птицу, причем не раз и не два: нужно обойти все ряды, буквально осмотреть каждую птицу, понять, нет ли среди них больных, отстающих в росте и развитии, не перевернуты ли кормушки, чистая ли вода, комфортная ли поддерживается температура, нет ли сквозняков. Невозможно быть фермером и воспринимать это просто как работу. Это образ жизни и мышления, личная ответственность за каждую мелочь на производстве. Именно поэтому я построил дом в шаговой доступности от птичника. Конечно, на ферме будет помощник, но это совершенно не снимает с меня обязанностей, скорее наоборот — нужно следить еще и за его работой и отношением к птице. Технологии тоже важны: климат-контроль, система видео­наблюдения, инфракрасные камеры — все это будет, но без личного отношения ни одна машина не даст 100% результата. Важен неравнодушный человек, который этой машиной управляет.

Фермер — это тот, кто отвечает своим именем, а это, к сожалению, не всегда 100% гарантия качества. В этом смысле наш симбиоз с таким крупным производителем как «Русское поле» можно назвать идеальным. Компания получает от меня продукцию более высокого качества и за счет моего производства может переформатировать и разгрузить собственное хозяйство, сделав его тоже более гуманным и современным. С другой стороны, я и другие фермеры-участники проекта получаем поддержку на начальном этапе. Ну и, конечно, нужно помнить о контроле качества, который может дать только крупная компания. Здесь все в итоге направлено на пользу потребителю и развитие фермерства в России.

Имея опыт работы в разных компаниях, как в России, так и в Европе, могу сказать, что личность руководителя имеет большее значение, чем возможность заработка. «Русское поле» — семейный бизнес, которым руководит уже второе поколение экспертов в области разведения птицы. Для них важно развитие не только собственной компании, но и отрасли в целом. Смог бы я работать с теми, чьи ценности не разделяю? Определенно нет.

Стимулом участия в проекте «Русского поля» стал не заработок, я и сейчас нормально зарабатываю. Хочется изменить что-то к лучшему. Я вижу нашу задачу в том, чтобы преобразить отрасль изнутри, заставить всех, кто в ней работает взглянуть на этот бизнес по-новому. Это вопрос глубинных перемен: и в философии, и в итоговом качестве продукта. У меня есть ощущение, что наш проект может привести к глобальным переменам во всей России.

Ваши вопросы по проекту и предложения о сотрудничестве направляйте по адресу office@russpole.com